Джейн Джекобс защищает идеи урбанизма в планировке Нью-Йорка 1960-х

2 сентября 2013 г.

Джейн Джекобс, 1961 г. (коллекция фотографий New York World-Telegram и the Sun Newspaper, Библиотека Конгресса/Wikipedia Commons)

Джейн Джекобс в этом выступлении на Books and Authors Luncheon в 1962 году объясняет свою роль лидера сообщества в борьбе против того, что она считает крайностями варварской модернистской перепланировки жилых районов города.
Джекобс подробно описывает, с каким энтузиазмом она, будучи журналистом в архитектурном журнале, писала о масштабной “расчистке” так называемых трущоб во имя модернизации городского жилого фонда. Но, когда она вернулась в эти районы после завершения проекта, она обнаружила, что их вид далек от того, что обещали строители. Она спросила архитекторов, где, например, все “счастливые гуляющие”? Ей ответили: “Люди глупы. Они не делают того, что должны”.

В то же самое время она начала ходить в обходы с одним из социальных работников восточного Гарлема, озабоченным планами радикальной перестройки района, во время которых она слушала мнения жителей о том, что нужно и не нужно делать, чтобы улучшить их положение. Это привело ее к пониманию, что планировщики не исследуют то, “что составляет очень сложный порядок города”, качество, которое она называет Урбанизмом.

Она утверждает, что это не какое-нибудь неопределенное качество, как, к примеру, “индивидуальность”, его можно исследовать и измерить, чтобы определить, какие необходимы изменения. Тем не менее, планировщики, связанные высокими требованиями теории, упорно отказываются делать это. Жители должны взять все в свои руки, так как “нет ничего более инертного, чем проектные бюро”. Сразу после публикации ее книги на эту тему ей предложили применить свои идеи на практике, когда для ее собственного района, Уэст Вилледж, был предложен похожий проект переустройства. Она кратко описывает, как жители заставили правительство отказаться от проекта, и опровергает замечание своего оппонента о том, что ее книга была написана на скорую руку с целью повлиять на общественное мнение.

Джейн Джекобс родилась в 1916 году. Она начала свою писательскую карьеру в качестве внештатного журналиста, и когда она написала свою классическую книгу “Жизнь и смерть больших американских городов” (1961), у нее не было формального образования в сфере архитектуры или городского планирования. Такой “любительский” подход к вопросу, который раньше разрешалось обсуждать только последователям Ле Корбюзье и им подобным, привел сторонников существующего положения вещей в ярость, но, вместе с тем, открыл дорогу общественному активизму, существующему по сей день. В некрологе Джекобс в газете “The New York Times ” говорится, что ее книга:
“... бросает такой же вызов традиционному мышлению, как “Молчаливая весна” Рэйчел Карсон, способствовавшая зарождению движения в защиту окружающей среды, через год после публикации и “Тайна женственности” Бетти Фридан, глубоко повлиявшая на восприятие отношений между полами, в 1963 году”.

На другом уровне The Times продолжает сравнивать книгу с работами Ральфа Нейдера, Пола Гудмана и Малкольма Икс. Некоторые предложения Джекобс стали настолько привычны сегодня, что очень сложно представить себе все негодование и противоречия, которые они породили.
Льюис Мамфорд, архитектурный критик газеты The New Yorker, отвергает ее предложения и пишет:
“Как бригада строителей расчищает от жилищ, плохих или хороших, строительную площадку, она бульдозером проходится по всем необходимым нововведениям в городское планирование прошлого столетия и по всем стоящим идеям, без единой попытки их критической оценки”.

К чему призывала Джекобс, это к участию местных жителей в планировании, классовым различиям, разнообразию фонда зданий и, что наиболее противоречиво, большей плотности населения. Как утверждается на вебсайте Project For Public Spaces (Проекты для общественных мест):
“Несмотря на то, что традиционная теория городского планирования считала высокую плотность населения причиной преступности, грязи и других проблем, Джекобс опровергла эти суждения и показала, насколько высокая концентрация людей важна для городской жизни, экономического роста и процветания. Признавая, что сама по себе плотность населения не является источником здоровых сообществ, она показала на конкретных примерах, что большая плотность населения обеспечивает критическую массу людей, способных поддерживать более здоровые сообщества. Выявляя различия между высокой плотностью и перенаселением, Джекобс развенчала многие мифы о больших скоплениях людей."

Все это противоречило урбанизму того времени, с его пустыми площадями, взмывающими ввысь башнями и скрытым пренебрежением к людям, живущим простой жизнью, в пользу величественного архитектурного манифеста. Большинство этих черт нашло воплощение в работах Роберта Мозеса, архитектора Нью-Йорка, который вступал в конфликт с Джекобс по некоторым поводам. Ее впечатления, о которых она рассказала в позднем интервью Джеймсу Ховарду Канстлеру, отражают глубочайшую пропасть, разделяющую ее и Мозеса:
“... Я видела его только однажды, на слушании по делу дороги, проходящей через Вашингтон Сквер, которая должна была стать въездом на скоростную автомагистраль Нижнего Манхэттена. Он пришел ненадолго, чтобы высказаться. Но никто не знал об этом. Никому из нас еще не удалось выступить, потому что они всегда дают чиновникам высказаться первыми и уходят, не выслушав людей. И он встал, схватившись за поручень, он был в ярости и, мне кажется, он уже видел, что его план был в опасности. Потому что он говорил: “Никто не имеет ничего против - НИКТО, НИКТО, НИКТО, только эта кучка, кучка МАМАШ!!”. И затем он стремительно вышел вон”.

В 1968 году, в страхе, что ее сыновей призовут в армию и отправят на войну во Вьетнам, Джекобс со своей семьей переехала в Канаду. В Торонто она продолжила противостоять масштабным “улучшениям” своего нового города, в частности строительству скоростной автомагистрали Спадина. Она издавала книги и на другие темы, включая сепаратизм в Квебеке, связь между моралью и работой и упадок североамериканской цивилизации. Впрочем, ни одна из этих книг не имела такого влияния, как первая. Книга не только оказалась на гребне растущей волны протеста 1960-х, но и вошла в списки обязательной литературы в современных архитектурных школах, обучающих той самой профессии, которая высмеивала ее появление.

Джекобс скончалась в 2006 году в возрасте 89 лет.

Спасибо за перевод Наде Ворошиловой



Источник
Сбор регулярных пожертвований в Петербург
Собрано 38 500 из 125 000 рублей

Еще статьи на эту тему